Я усѣлся за столъ -- и снова появился кланяющійся, извивающійся хозяинъ.
-- Эй, вы, -- поманилъ я его пальцемъ. -- Что это за чортова слугу вы мнѣ подсунули, а?
Онъ приложилъ руки къ сердцу.
-- О, синьоръ! Онъ прекрасный человѣкъ, -- добрый, честный и непьющій...
-- Да что мнѣ въ его честности, когда онъ палецъ-о-палецъ ударить не можетъ. Именно -- не можетъ... Не "не хочетъ", a "не можетъ". Вы говорили -- я господинъ, и мнѣ нужно слугу; a подсунули мнѣ господина, у котораго я играю роль слуги, потому что нѣтъ такой вещи, которую бы онъ могъ сдѣлать.
-- Простите, синьоръ... Онъ можетъ кое-что сдѣлать и очень хорошо даже... Но это вамъ совсѣмъ не нужно.
-- Что же это такое?
-- Да ужъ я не знаю -- говорить ли? Не хочется хорошаго парня конфузить.
Я ударилъ кулакомъ по столу.
-- Да что вы всѣ, чортъ побери -- сговорились, что ли!! Онъ умалчиваетъ о своей бывшей профессіи, вы тоже скрываете... Можетъ быть, онъ желѣзнодорожный воръ или морской пиратъ!!