-- Сознайтесь -- про дьякона сейчас только выдумали?
-- Нет, не выдумал! Никольский его фамилия.
-- Соврали, соврали, -- засмеялся я. -- Отец Никольский жив, и никто его не убивал. Я знаю это точно.
Мой собеседник не смутился:
-- Жив? Ну, что ж такое, что жив. Иногда смерть лучше позора. А финляндцы опозорили дьякона на всю жизнь.
-- Послушайте... Что у вас за странный язык такой? Сболтнете и потом, вероятно, сами удивляетесь: с чего я это? Ну, как финляндцы могли опозорить дьякона Никольского?
-- Они его заплевали!
-- Как заплевали?
Ст-н подумал.
-- Он шел по улице, а на него напали вооруженные с ног до головы финляндцы и стали плевать. Четыре часа плевали.