* * *
Я не был свидетелем третьего поступка Чудака -- я слышал все происшедшее со слов других.
Однажды в одном из отелей Швейцарии, Чудак, в самый день своего отъезда в Россию, познакомился с семьей петербургского чиновника. Дочь чиновника, двадцатилетняя Ирина, чрезвычайно ему понравилась. После обеда Ирина в сопровождении Чудака спустилась к озеру, и там между ними произошел следующий разговор:
-- Как жаль, что мы познакомились только сегодня, именно, в тот день, когда мне нужно уезжать.
-- Да... Жалко.
-- Вы мне очень нравитесь.
-- Merci.
-- Слушайте, знаете что? (Чудак вынул часы). До отъезда мне осталось полтора часа... За это время, конечно, ничего не успеешь... Но если вы умная девушка -- вы должны понять меня. Я вам не противен, и если бы нам пожить бок о бок, так -- месяц или полтора, вы могли бы влюбиться в меня и согласиться выйти за меня замуж. Но -- повторяю -- этого времени у нас нет, а я не прочь жениться на вас. Я знаю, конечно, что нужно делать все постепенно: сначала взгляды, потом легкое пожатие руки, мимолетный вздох, поцелуй после недолгой борьбы и потом -- предложение руки и сердца. Кладем на пожатие руки две недели, на вздох -- две недели, и на поцелуй -- неделю. Итого -- больше месяца. Предстоит трудная задача -- проделать все это в 1 1/2 часа... Вдумайтесь -- если вы меня поняли -- мы, по приезде в Россию, можем быть счастливы...
-- Вы сумасшедший! Нас ведь все засмеют! Никогда я не слыхивала ничего подобного...
-- Почему? Сделай я это самое предложение полтора месяца спустя, вы бы не удивились, а тут отказываетесь. А что особенного могло случиться за эти полтора месяца, так называемого "ухаживания"? Несколько букетов цветов, билетов в театр, десяток коробок конфет?.. Ну, если вы так привержены обычаю, традиции -- извольте: я могу еще сейчас успеть прислать вам тридцать-сорок букетов, пуда полтора конфет и целую книжку билетов в театр на сегодняшнее представление "Норы". Ведь это все равно, в сущности... Не правда ли?