Я больше не мог быть безмолвным свидетелем того, что происходило в окне флигеля напротив моего кабинета.
Я вскочил, надел шапку и побежал к соседям.
Они были поражены моим появлением в столовой. Отступили в глубь комнаты и притихли, поглядывая на меня.
-- Извините, -- сказал я, -- что, не будучи знакомым, пришел. Но я видел все, что здесь было -- из окна своего кабинета -- и хочу, как говорится, вывести вас на настоящую дорогу. Всяк из вас, милостивые государи, прав по-своему. Вы, сударыня, действительно налили очень горячего чаю... Супруг ваш обжегся и вступил с вами в пререкания. Ваша сестрица пришла через 10 минут после наполнения стакана кипятком, и, естественно, нашла чай теплым. Эта уважаемая старушка пришла еще пятью минутами позже -- и застала совсем холодный, как она выражается: "брандахлыст". Температура жидкостей, как вам известно, от соприкосновения с окружающим воздухом...
-- Что вам, собственно, угодно? -- прищурясь, спросил супруг.
-- Собственно, ничего. Я только хотел открыть вам глаза на истинное положение вещей. Я видел в окно все происходящее...
-- Очень милое занятие, -- перебила жена. -- Подглядывать за соседями. Как не стыдно, право!
-- Воспитание, -- иронически покачала головою свояченица мужа. -- Врываются в квартиру, дают наставления...
Нянька заметила:
-- У нас один тоже у господ, где я допреж жила... Пришел так-то вот -- и шубу с вешалки унес... Иди себе, иди, батюшка... Бог с тобой -- иди!