Такие женщины любят, чтобы их ошеломляли чем-нибудь сильным, энергичным, вроде:
-- Я люблю тебя больше жизни, больше солнца! Или:
-- Если бы мне нужно было пойти за тебя на плаху -- я бы с радостью сложил за любимую свою буйную голову!
И соврет. Попробуйте ему не только голову -- ногу отрубить во имя любимой -- такой крик и стон подымет, что палач бросит топор, плюнет и пойдет по своим делам.
Один пакгаузный весовщик на ст. "Раздельная" говорил любимой девушке, нервно теребя зеленый с крапинками изрядно засаленный галстук:
-- Прикажи только -- для тебя всем буду -- министром аль там каким генералом!
-- А -- правду сказать -- если бы начальство сделало его даже помощником начальника станции -- бедное сердце не выдержало бы этой радости и -- разорвалось.
Слова не обязывают.
А если бы слова обязывали, то влюбленный, вместо сравнения с солнцем, вместо положения головы на плаху, говорил бы мирно, скромно, осторожно, без ненужной пышности:
-- Я тебя так люблю, что мог бы даже достать билеты на Шаляпина, хотя это очень трудно. Ты для меня так дорога... дороже даже нового пальто со скунсовым воротником и отворотами. Уйди ты от меня -- я бы этого не перенес. Заболел бы, и болел дня три, а то и все четыре.