Дама. Как же вы попали в румынский оркестр?
Розенберг. С военной службы. Ой, как мне не везло! Сначала из меня хотели сделать кавалериста, так я сел на лошадь, а она стала так прыгать, что я совершенно на хвост съехал. Так я кричу: "Слушайте, давайте мне другую лошадь -- ибо эта уже кончается!" Ну, меня сняли и перенесли в пехоту. Так там тоже были неприятности. Вы понимаете, однажды был смотр, и приехал корпусный генерал, так он говорит нам: "Здорово, ребята!?" Ну, раз он так спрашивает, так я выхожу вперед и говорю: "А какое наше там здоровье! Понимаете, генерал, -- говорю я, -- третий день в боке у меня что-то колит... Слушайте, как вы думаете, если я помажу с йодом -- пройдет?" Так потом за это мне были большие неприятности.
Дама (глядя вперед). Ой, рак, рак!
Розенберг. Где вы видите рака? (Испуганно подбирает ноги.)
Дама. Вон там что-то красное проползло. (Пауза.)
Розенберг. Что? Рак? Красный? На море? Ой! Вечные женские иллюзии. Что вы там вышиваете?
Дама. Аппликацию
Розенберг. Ей-Богу... Я думал это болезнь такая бывает.
Дама. Так то -- апоплексия. Удар.
Розенберг. Что вы говорите? У меня, знаете, тоже здоровье плохое. Доктора прописали мне Египет, так ни в одной аптеке не достанешь. Мадам, вы были в Палестине.