-- Пустяки! -- возразит большинство актеров.
Пустяки?.. Театр -- паутина, сотканная из неисчислимого количества мелких деталей, и если упустить даже такую деталь, как полоска волос шириною в полпальца, вот что может произойти...
* * *
Шел "Ревизор".
Актер, которому надлежало играть Хлестакова, проделал все то, что перечислялось в начале статьи: опоздал на спектакль, в театр летел, суля извозчику обеспечить его старость, сбил с ног пожарного, перепрыгнул через плотника, оделся в семь минут и напялил парик -- именно вышеуказанным способом... И товарищи осматривали его перед выходом и хвалили его грим, и никто не заметил затылка...
В четырнадцатом ряду сидел приказчик галантерейного магазина и рядом с ним -- дама его сердца, ради которой он пожертвовал бы с радостью не только жизнью, но и новым сиреневым галстуком, кокетливо украшавшим приказчичью грудь.
Хлестаков вошел элегантный, красивый, вручил Осипу цилиндр и тросточку и затем стал насвистывать -- сначала "Не шей, ты, мне, матушка", а потом -- ни то ни се... Все было, как следует.
Обладатель сиреневого галстука нагнулся к своей даме и сказал:
-- Простой обман зрения. Они, то есть господин Хлестаков, -- в парике! На затылке каемочка из собственного волосу!
Старый геморроидальный чиновник обернулся и сердито прошипел: