-- Но ведь так у вас никто не станет бывать!!
-- Ничего. Спекулянт густо идет. У него дурные деньги, хе-хе...
У чужестранца постепенно создается такое впечатление, что спекулянт -- это такое пышное растение, которое разрослось, распространилось на всю Россию, вытеснив, отодвинув все вокруг себя на краешек... А все остальное население так себе... нечто вроде подливки, гарнира к спекулянту, нечто вроде бедного дальнего родственника, который робко жмется около роскошного торжественного стола, и которого пышный спекулянт терпит лишь из милости.
Всё для него, для этого нового некоронованного короля... Для него и цветы пахнут, и музыка в ресторанах гремит, и лучшие актеры комедию представляют, и красивейшие женщины улыбки шлют, а он... Его дело маленькое: купить фунт чего-нибудь за целковый, а продать за восемь... И ребенок пяти лет мог бы это сделать.
Ходил вот этак наш чужестранец, и всюду только и звенело в его ушах: спекулянт, спекулянта, спекулянту!
-- Какой, однако, счастливый этот спекулянт, -- подумал чужестранец... и вдруг попал на городскую площадь... видит -- в самом углу на столбе человек висит.
-- Кто это? -- спросил он прохожего.
-- Спекулянт.
Читатель! Ваше сердце радостно дрогнуло... Читатель! Ради Бога, не радуйтесь... Мне так неловко перед вами, но во имя жизненной правды я должен довести до конца разговор чужестранца с прохожим, отступив от классического образца, данного Жуковским:
-- Кто это? -- переспросил чужестранец.