-- Нет, Эрастик, -- захныкал Подходцев. -- Вот ты сделал мне замечание, ты обидел меня, а за что? Где у тебя веревка и где повешенный? Если веревка -- воздух, а повешенный -- хозяин, то ты обидел и хозяина. Если же веревки -- все присутствующие, ты обидел и присутствующих. Что ты, родной, думал сказать этой фразой?
-- Не хотели ли вы сказать, что из нас можно веревки вить? -- спросил обиженно Громов.
-- Или что мы вешаемся всем на шею? -- возвысил голос Клинков.
Дурак Клинкова, веселый Феодосий, услышав слова своего патрона, всплеснул руками и громко захохотал.
-- Ну и Клинков! Ну и удружил же! Молодец Клиночек. Очень зло сказано.
-- Ваш спор, господа, отклонился в сторону, -- заметил Петенька. -- Я принужден указать на то...
-- Тише, ребята! -- зычно рявкнул Громов. -- Мой Петя говорит.
-- ...На то, что сравнение разогретого воздуха с веревкой грешит неправильностью. Веревка, как известно, имеет два измерения.
-- Одно, -- тихо сказал Эраст.
-- Почему, Эрастик? -- прищурился Подходцев.