-- На том квартале. На углу.
-- Ага! Прекрасно! Я пойду сегодня в участок, -- потолковать с приставом. Хе-хе! Понимаешь, милуша Викентий, потолковать...
-- О чем-с? -- спросил Викентий, переступая с ноги на ногу.
"Ага! Вот оно! Заинтересовался парень. Не выдержало ретивое... А вот мы вас..."
Хохряков помедлил.
-- О чем? О Ш_в_е_й_ц_а_р_и_и. Об эсдеках... О письмах, чудесно воскресающ... Что ты так на меня смотришь?!. Понял? Понял?
Хохряков пронзительно крикнул и, оттолкнув Викентия, выбежал из комнаты.
По дороге в участок Хохряков криво улыбался и думал:
"Я даже знаю, что произойдет... Я приду пощупать почву, только пощупаю ее, матушку! Но произойдет сцена в участке из "Преступления и наказания" Достоевского... Ха-ха... Поборемся, Порфирий, поборемся!!"
Когда Хохряков вошел в приемную, он увидел стоящего у дверей пристава, который распекал оборванного простолюдина.