-- Где ж тут нам разорваться, -- жалобно сказал артист. -- Мы только работаем вдвоем с братом да великан, да лошадь.
-- А хозяин?
-- Да мы-то и хозяева. И ничего тут не поделаешь. Великан с утра лежит пьян -- разговелся сильно. А брат одевается к выходу. Хучь разорвись.
Опечаленные этим меланхолическим сообщением, подрядчики вздохнули и тихо поплелись на места.
-- Нет, так нельзя... -- сказал вдруг Никифор, приостанавливаясь. -- Этак дело и лопнуть может. Пойдем, Ваня, наружу.
Подрядчики вышли на помост, отыскали какой-то барабан, звонок и энергично принялись за дело... Барабан загудел, застонал, колокольчик залился бешеным, тонким звоном, а Ваня, у которого голос был зычный, внушительный, -- сложил руки рупором и крикнул на всю площадь:
-- Пож-жалте! Замечательное представление лучших магиков, комиков и солистов лучших дворов! Будет выведена настоящая живая лошадь! Поразительный великан, небывалой еще длины, исполнит разные группы!!
Заметив нескольких прохожих, остановившихся около балагана, Ваня отнял руки от отверстого рта и сказал более интимным тоном:
-- Заходите, господа, -- чего там. По крайней мере, коммерцию поддержите...
И, подмигнув, сообщил совсем уж конфиденциально: