-- У меня была заготовлена другая. На втором берегу...
Мы трое скрипели зубами, грызли края рюмок с бенедиктином, но ничего не могли с ним поделать.
А он рассказывал Настасье Николаевне:
-- Прыгать в воду нужно умеючи. Если прыгать с большой высоты неумело -- можно разбиться о воду... я прыгал однажды с самой верхушки мачты корабля... Сажень десять... Море внизу кажется маленьким-маленьким.
-- Как же вы могли, -- спросил методичный Шмидт, -- прыгать с мачты прямо в море, если на вашем пути встречается борт корабля? Он должен далеко выдаваться за линию полета.
-- Да, -- согласился Новакович, целуя руку Настасьи Николаевны. -- Он и выдавался.
-- Ну?! Так как же...
-- Да так, -- усмехнулся Новакович. -- Я прыгал во время волнения, когда была качка. Я выжидал наклона корабля в мою сторону и прыгал. Промедли я несколько секунд -- мое тело безжизненной массой ударилось бы о борт корабля...
-- Вы, значит, очень ловки? -- любуясь им сквозь опущенные веки, спросила Настасья Николаевна.
Новакович, охорашиваясь, сложил руки на груди, вытянул ноги и хладнокровно кивнул головой.