Ольга Пименовна. Он? Оглушительный... болтун?! Господин Гамов! Пожалуйте сюда. Садитесь. Надеюсь, что после всего сказанного вы не унизитесь до разговора с ними?!
Гамов. Нет, конечно, Я оскорблен до глубины души. (Подсаживается к ней.) Чай у вас дома есть?
Ольга Пименовна. Конечно есть. И кизиловое варенье, вкусное-превкусное.
Лизавета Ивановна. Господин Безобручин! Вы пойдете ко мне на дачу чай пить. У меня, конечно, кизилового варенья нет -- терпеть не могу этой кислятины!--но зато я вас угощу хорошим ромом к чаю. (Ласково.) Любите ром?
Безобручин. Еще как!
Ольга Пименовна. Гамов, одевайтесь. Потом пойдете по левой дорожке -- я вас догоню.
Лизавета Ивановна. Ну, ступайте, милый Безобручин, а то простудитесь; когда оденетесь -- ждите меня на правой дорожке!
Гамов и Безобручин плывут к себе. Все молча возятся с полотенцами и пр о стынями. Ольга Пименовна, найдя около себя полотенце Лизаветы Ивановны, се р дито швыряет его ей в ноги. Лизавета Ивановна молча швыряет ей простыню. То же самое делают ожесточенно и молча Гамов с Безобручиным.
Занавес