Подлюкин подмигнул ему и крикнул скороговоркой:
— Я арестован! Тысячу рублей, если сообщите об этом Мар…рр…
Мы заткнули ему рот.
— Кому он говорить сообщить? — с истерическим любопытством впился в нас весовщик. — Какой это Map…?
— Не какой, а какая, — твердо сказал я. — Map — это Маргарита, шведка тут одна, с которой он путался.
До арестантского вагона вели его с закрытым ртом. Он красноречиво мигал глазами встречавшейся публике, дергал ногой, но все это было не особенно вразумительно.
Посадили.
— Ф-фу! Наконец-то можно отдохнуть.
— Черт знает, какой тряпкой вы мне затыкали рот. Наверное, рот полон грязи, — проворчал Подлюкин. — Пойду в уборную, выполоскаю рот.
— Только имейте в виду, что мы будем сторожить у дверей.