Не знаю, может быть, у него еще есть дети - за истекший год я не читал "Готского альманаха", - но о существовании этого сына, мальчика лет 10 - 12, я знаю доподлинно: позапрошлым летом в Москве он вместе с отцом принимал парад красных войск.
Не знаю, как зовут сына Троцкого, но мне кажется - Миша. Это имя как-то идет сюда.
И когда он вырастет и сделается инженером - на медной дверной доске будет очень солидно написано:
"Михаил Львович Бронштейн, гражданский инженер".
Но мне нет дела до того времени, когда Миша сделается большим. Большие - народ не очень-то приятный. Это видно хотя бы по Мишиному папе.
Меня всегда интересовал и интересует маленький народ, все эти славные, коротко остриженные, лопоухие, драчливые Миши, Гриши, Ваньки и Васьки.
И вот, когда я начинаю вдумываться в Мишину жизнь - в жизнь этого симпатичного, ни в чем не повинного мальчугана, - мне делается нестерпимо жаль его... жаль его...
За какие, собственно, грехи попал мальчишка в эту заваруху?
Не спорю - может быть, жизнь этого мальчика обставлена с большою роскошью, - может быть, даже с большею, чем позволяет цивильный лист: может быть, у него есть и гувернер-француз, и немка, и англичанка, и игрушки, изображающие движущиеся паровозы на рельсах, огромные заводные пароходы, из труб которых идет настоящий дым, - это все не то!
Я все-таки думаю, что у мальчика нет настоящего детства.