-- Э, нѣтъ дяденька! Этотъ номеръ не пройдетъ! Надо было свой брать.
Плюмажевъ протянулъ дрожащую руку.
-- Дайте! На минутку.
-- Ни-ни! Даромъ, что-ли, я его у тетки изъ комода утащилъ! Небось, если бы у васъ былъ бинокль, вы бы мнѣ своего не дали!
-- Да дайте!
-- Не мѣшайте! Ого-го.
Гимназистъ поднялся впередъ и такъ придавилъ къ глазамъ бинокль, что черепу его стала угрожать немалая опасность.
-- Ого-го-го! Спиной повернулась... Что за спина! Я, однако же, не думалъ, что у нея такой красивый затылокъ...
Лежа рядомъ, Плюмажевъ съ дѣланнымъ равнодушіемъ отвернулся, но губы его тряслись отъ тайной обиды и негодованія.
-- Въ сущности, -- началъ онъ срывающимся, пересохшимъ голосомъ, -- если на то пошло -- вы не имѣете права подглядывать за купальщицами. Это безнравственно.