- Да, притуши, братец. Нельзя, чтобы горело четное число свечей. Вдруг мы да напьемся, да у нас будет двоиться в глазах - как мы это узнаем? А при нечетном числе, когда покажется четное, - значит, мы хватили лишнее. Так и будем знать.
Ах, и голова же был этот Подходцев! С такой головой можно дослужиться или до министерского портфеля, или до каторжной тачки.
Немного выпили.
- Хочу привидения! - прозвенел повелительный голос Подходцева.
И он мелодично запел:
- Умру, похоронят, как не жил на свете!..
Мы - я и Клинков - призадумались. Взгрустнулось. Вспомнился отчий дом, приветливые лица семьи, вспомнилось, как нас с Клинковым свирепо драли, когда мы, выкрасив кота чернилами, выпустили это маркое чудовище на изящных гостей гостеприимной семьи моих родителей.
В самом дальнем заброшенном углу нашей огромной комнаты, где кривая старуха свалила всю ненужную рухлядь - китайские ширмы, поломанные стулья и плетеные ветхие корзины с разным дрязгом, - в этом темном углу послышался шелест. Огромные ширмы с полуоторванным панно заколебались, съехали концом на корзину, - и бледное мертвое существо, на котором пыльная хламида болталась, как на вешалке, - тихо выплыло перед нами.
Мы отвели глаза от этого странного призрака и косо поглядели друг на друга. В двух парах глаз я прочел то же, что и они в моих глазах: мы все трое видели одно и то же.
- Серенькое, - задумчиво сказал Подходцев, разглядывая призрак.