— Ты надолго уезжаешь?
— Месяца на три.
— Так-так.
Громов и его жена сидели на стульях рядом, у стены, как бедные родственники, явившиеся с визитом.
Клинков приткнулся в напряженной позе на диване, мрачно поглядывая на Подходцева, а Подходцев по-прежнему шагал из угла в угол.
Наступило тягостное молчание. Оно продолжалось минуты две, а казалось, как месяц.
— Что это мы, — неловко рассмеялся Клинков. — Будто на похоронах. Будем же разговаривать. Ну, что вы, Евдокия Антоновна, устроились с квартирой?
— Да, ничего себе. Папа нам нанял.
— Кланяйтесь от меня вашему батюшке, — нашелся Клинков.
— Спасибо. Он будет очень рад. Хотите, завтра к ним отправимся; мы с мужем собираемся.