И столько было спортсменского задора в словах Уточкина, что спортсменский дух инженера вспыхнул как порох.
-- На пять рублей? Идет! Ставь бутылки.
-- В...вот они уже стоят. Двадцать шагов. Только смотри, стрелять по команде, а то я вас, шарлатанов, знаю -- будешь целиться полчаса.
Уточкин сделал торжественное лицо, вынул из кармана носовой платок и сказал:
-- В...вот, когда махну платком. Ну, раз, два, три! Бац! Бац, бац!..
-- Ну, что? В...вот стрелок, нечего сказать, в корову не попадешь! Од...ну бутылку только пробил. А ну! Раз, два, три! Пли!
Бац, бац, бац, бац!..
-- Эх, ты! Из семи выстрелов одну бутылку разбил... Сап...пожник! А теперь довольно, едем в Одессу, нечего там. Садись!
-- Ш-што?
Снова поднял свой револьвер инженер, поглядел с минуту на револьвер, на Уточкина и вдруг осел, как-то обмяк, опустился и, сунув пустой револьвер в карман, покорно и робко полез на своего "бенца".