Вильгельм щелкнул шпорами, изогнулся, подставил руку, сделав ее кренделем, и сказал:
-- Осчастливьте, сударыня! Вы, сударыня, здесь изволите жить?
-- Да-с. Вот там. Вы военный?
-- Помилуйте! Как же иначе!..
-- Я завсегда люблю военных.
-- Сударыня! Вы напоминаете мне розу.
-- Ах, что вы, что вы.
-- Я бы готов был носить вас всю жизнь на руках.
Турция опустила глаза и, помолчав, прошептала:
-- Не надо так говорить.