Так как торопиться было некуда, я весело посвистывал, покуривал сигару и размышлял о величии Творца и разумном устройстве всего сущего.
Встретив рыбачью лодку, я окликнул ее и спросил рыбаков: далеко ли еще до города Меррикярви.
- Лиско, - ответили мне добрые люди. - Be или ри версты.
Финны - удивительный народ: в обычной своей жизни они очень честны и с поразительным уважением относятся к чужой собственности. Но стоит только финляндцу заговорить по-русски, как он обязательно утащит от каждого слова по букве. Спросите его - зачем она ему понадобилась?
Возвратив трем словам три ограбленные у них буквы, я легко мог выяснить, что до Меррикярви "близко: две или три версты".
Действительно, минут через десять у берега вырисовалась громадная гранитная скала, за ней - длинный песчаный берег, а еще дальше - группа домишек и маленькая пристань, усеянная народом и украшенная триумфальной аркой из зелени.
Я бросился к парусам, направил яхту прямо к пристани, повернулся боком - и через минуту десятки рук уже подбрасывали меня на воздух... дамы осыпали меня цветами...
Сами по себе финляндцы очень флегматичны и медлительны, но между ними затесалось несколько петербургских золотушных дачников, которые шумели, производили кавардак и этим подстегивали меррикярвинских исконных граждан...
- Ур-р-ра! - ревели десятки глоток. - Да здравствует Аверченко, первый яхтсмен и победитель! Ур-ра!
Сердце мое дрожало от восторга и гордости. Я чувствовал себя героем, голова моя инстинктивно поднималась выше, и глаза блистали...