- Нет, то - другой. То мелюзга, простой генерал-майор... А вот в Европе, знаете, - совсем нет генералов! Ей-Бо право.
- А вы там были? - покосился на него сосед.
- Конечно, был. Я вообще каждый год куда-нибудь. В опере бываю часто. Вообще не понимаю, как можно жить без развлечений.
Две рюмки и сознание, что какие бы слова он ни говорил, дядя не оборвет его, - все это приятно возбуждало Степу.
- Да-с, господа, - сказал он, с дикой энергией прожевывая бутерброд с паюсной икрой. - Вообще, знаете, Митюков такая личность, которая себя еще покажет. Конечно, Митюков, может быть, с виду неказист, но Митюкова нужно знать! Беречь нужно Митюкова.
- Стефан Феодорович, - ласково сказал дядя, - возьмите еще пирожок к супу.
- Благодарствуйте. Вот англичане совсем, например, супу не едят... А возьмите, например, мадам, они вас по уху съездят - дверей не найдете. Честное слово.
Худо ли, хорошо ли, но Степа завладел разговором.
Он рассказал, как у них в дровяном складе, где он служил, отдавило приказчику ногу доской, как на их улице поймали жулика, как в него, в Степу, влюбилась барышня, и закончил очень уверенно:
- Нет-с, что там говорить! Митюкова еще не знают! Но Митюков еще себя покажет. О Митюкове еще будут говорить, и еще много кому испортит крови Митюков! Да что толковать - у Митюкова, конечно, есть свои завистники, но... Митюков умственно топчет их ногами.