-- Молчи!! -- визгливо закричал Царапов и, хлопнув дверью, стал спускаться с лестницы.
-- Какая отвратительная лестница, -- подумал он.
-- Здесь каменщикам каким-нибудь жить или слесарям... а не порядочным людям. И швейцар -- дрянь преизрядная. Небось вчера ночью на чай не дал, так эта упитанная морда сегодня и не подумает распахнуть дверь...
Швейцар снял фуражку и распахнул перед ним дверь на улицу.
-- Подхалимы все! -- подумал Царапов и зашагал, осторожно ступая лакированными туфлями по мокрому тротуару.
Трамвая пришлось ждать долго -- минут десять. Царапов прошептал по адресу заправил трамвая несколько слов, осуществление которых сделало бы несчастными не только этих толстокожих людей, но и их семейства. Потом, подождав еще немного, крикнул извозчика. Когда он садился в пролетку, из-за угла показался ожидаемый им трамвай, но извозчик в это время уже тронул, и через двадцать шагов обнаружилось, что лошадь не бежала, а шла, еле переступая с ноги на ногу...
II
На службу Царапов опоздал.
-- Если хотите служить, -- сказал ему желтый бородатый старший бухгалтер, -- то служите!.. А не хотите -- сделайте одолжение!
На ваше место найдутся другие. Царапов молча повернулся к своей конторке и, развернув книгу, задумался.