Так как я остался равнодушным, то он продолжал:
-- Да... заказывать костюм! Чтоб он лопнул по всем швам! Выбирать материю, подкладку, снимать мерку...
Я не выразил ему никакого сочувствия.
-- Поднимите, говорит, руки! Снимите пиджак... Не горбитесь, вытяните ногу! А? Как это вам нравится...
-- Жизнь ваша ужасна! -- серьезно сказал я. -- Отчего бы вам не покончить ее самоубийством?
Он откровенно сказал:
-- Я уже думал об этом... Но понимаете, такая возня с этими дурацкими крюками, веревками... А тут еще эти письма писать... поздравительные, или как их там, что ли... Повозился, повозился, так и бросил.
Он поднял глаза к небу и сказал:
-- Ах, черт возьми! Солнце уже заходит... Не можете ли вы сказать мне, который час?
-- Мои стоят, -- сказал я, взглянув на часы.