И я вышел с сознанием собственного достоинства и солидности, шагал по улицам так важно, что нисколько бы не удивился, услышав сзади себя разговор прохожих:
-- Смотрите, какой он важный!
-- Да, у него такой дурацкий вид, что будто он только что обзавелся собственным телефоном.
II
Вернувшись домой, я был несказанно удивлен поведением горничной: она открыла дверь, отскочила от меня, убежала за вешалку и, выпучив глаза, стала оттуда манить меня пальцем.
-- Что такое?
-- Барин, барин, -- шептала она, давясь от смеха. -- Подите-ка, что я вам скажу! Как бы только барыня не услыхала...
Первой мыслью моей было, что она пьяна; второй, что я вскружил ей голову своей наружностью и она предлагает вступить с ней в преступную связь.
Я подошел ближе, строго спросив:
-- Чего ты хочешь?