-- Катя! Зашей мне эту петлю.
Жена, не поднимая от книги головы, ласково пробормотала:
-- Нет, я этого не сделаю.
-- Как не сделаешь?
-- Да так. Зашей сам.
-- Милая! Но ведь я не могу, а ты можешь.
-- Да, -- сказала она грустно. -- Вот именно, поэтому ты и должен сам сделать это. Конечно, я могла бы зашить эту петлю. Но ведь я не долговечна! Вдруг я умру, ты останешься одинок -- и что же! Ничего не умеющий, избалованный, беспомощный перед какой-то лопнувшей петлей -- будешь ты плакать и говорить: "Зачем, зачем я не привыкал раньше к этому?.." Вот почему я и хочу, чтобы ты сам делал это.
Я залился слезами и упал перед женой на колени.
-- О, как ты добра! Ты даже заглядываешь за пределы того ужасного, неслыханного случая, когда ты покинешь этот мир! Чем отблагодарю я тебя за эту любовь и заботливость?!
Жена вздохнула, снова взялась за книгу, а я сел в уголку и, достав иголку, стал тихонько зашивать сорочку. К вечеру все было исправлено.