Когда я вышел от них, настроение у меня было прекрасное, а стоявший на углу извозчик в новом армяке, с примазанными маслом волосами, умилил и рассмешил меня своей праздничностью и своим видом человека, понимающего серьезность ниспосланного Богом праздника.
Мне пришло в голову невинно подшутить над ним, таким торжественным и строгим.
-- Извозчик! -- сказал я, подходя. -- С Новым годом!
Он посмотрел на меня, пожал плечами и солидно ответил:
-- Воистину Воскресе!
-- Хорошая у тебя лошадь, -- сказал я. -- Какой породы? Лягавая?
-- Работницкая.
-- Бегать умеет?
-- Побежит.
У него был такой солидный, приличный вид, что мне сделалось стыдно своих шуток. Я протянул ему руку и сказал: