-- Так сломаем его и я вам докажу! -- в приливе вдохновения решил Дурак.
-- Зачем же вещь портить? -- нашелся Подходцев. -- Ведь она рубля полтора стоит.
В порыве безысходного отчаяния Дурак отвел меня в сторону и тихо спросил:
-- Послушайте... Неужели они это серьезно?
-- Без сомнения! Объясните мне, -- участливо прошептал я, -- где вы их раздобыли? Не подшутил ли кто над вами?
Он посмотрел на меня долгим взглядом.
Никогда после этого мне не случалось встречать человека, который был бы более уверен в своей правоте и менее всего мог бы доказать ее. Что за тяжелый, кошмарный мозг лежал под этой толстой мозговой коробкой...
Дурак молча взял из рук Подходцева рака и, положив обратно в бумагу, отошел к окну.
Лица его, обращенного к темным заплаканным от дождя стеклам, я не видел, но согнутая спина и руки, которыми он усиленно тер виски, давали такое впечатление напряженного раздумья и тоски, что я, желая развеселить его, превратился в любезного хозяина и повлек всю компанию к столу.
За ужином разговор принял мрачный, зловещий оттенок. Присутствие Дурака вдохновляло самых неразговорчивых.