-- Упал, что ли?
-- Да нет. Он ее расшиб этому молодому человеку.
Так как последний раз разговор о молодых людях был у нас недели три тому назад, то "этот молодой человек", если она не называла так доктора, был, очевидно, для меня личностью совершенно неизвестной.
Я беспомощно взглянул на нее и сказал:
-- До тех пор, пока вы не разъясните причины несчастья с "молодым человеком", судьба этого незнакомца будет чужда моему сердцу.
-- Ах, я и забыла, что вы не знаете этого случая! Недели три тому назад мы шли с ним из гостей, знаете, через сквер. А он сидел на скамейке, пока мы не попали на полосу электрического света. Бледный такой, черноволосый. Эти мужчины иногда бывают удивительно безрассудны. На мне тогда была большая черная шляпа, которая мне так к лицу, и от ходьбы я очень разрумянилась. Этот сумасброд внимательно посмотрел на меня и вдруг, вставши со скамьи, подходит к нам. Вы понимаете -- я с мужем. Это сумасшествие. Молоденький такой. А муж, как я вам уже говорила, -- настоящий Отелло. Подходит, берет мужа за рукав. "Позвольте, -- говорит, -- закурить". Александр выдергивает у него руку, быстрее молнии наклоняется к земле и каким-то кирпичом его по голове -- трах! И молодой человек, как этот самый... сноп, -- падает. Ужас!
-- Неужели он его приревновал ни с того ни с сего?!
Она пожала плечами.
-- Я же вам говорю: они удивительно забавные!
II