-- Ничего... Слава богу, -- неопределенно ответил Колесакин и, из вежливого желания поддержать с незнакомым толстяком разговор, спросил:
-- Отчего вас давно не видно?
-- Меня-то что! А вот вы, дорогой, забыли нас совсем. Жена и то спрашивает... Ах, черт возьми -- вспомнил! Ведь вы меня, наверное, втайне ругаете?
-- Нет, -- совершенно искренно возразил Колесакин. -- Я вас никогда не ругал.
-- Да, знаем... -- хитро подмигнул толстяк. -- А за триста-то рублей! Куриозно! Вместо того чтобы инженер брал у поставщика, инженер дал поставщику! А ведь я, батенька, в тот же вечер и продул их, признаться.
-- Неужели?
-- Уверяю вас! Кстати, что вспомнил... Позвольте рассчитаться. Большое мерси!
Толстяк вынул похожий на обладателя его, такой же толстый и такой же медно-красный бумажник и положил перед Колесакиным три сотенных бумажки.
В Колесакине стала просыпаться его веселость и юмор.
-- Очень вам благодарен, -- сказал он, принимая деньги. -- А скажите... не могли бы вы -- услугу за услугу -- до послезавтра одолжить мне еще четыреста рублей? Платежи, знаете, расчет срочный... послезавтра я вам пришлю, а?