Но во мне заговорил игрок. Это воображаемое беспокойное существо заговорило во мне так сильно, что после кольца пришлось заткнуть ему глотку золотыми часами и двумя брелоками.
После этого игрок во мне уже не говорил, а вопил благим матом.
Я обшарил карманы и, не найдя в них ничего, кроме мелочи, решительно подошел к вешалке.
-- Пальто! -- предложил я.
Он ответил лаконически:
-- Нет. Холодно. Замерзнете.
Дрожа от нетерпения, я сжал лихорадочными руками голову.
-- Вот что... У вас есть слуга?
-- Нет! -- сказал он, смотря на меня.
-- Ставлю месяц своих услуг у вас, в качестве камердинера или чего другого -- против двадцати пяти рублей.