Дверь распахнулась, и мы увидели то, что, в сущности, ожидали и раньше: перед нами стоял смущенный, растерянный господин в брюках, но без жилета и воротничка... У изголовья смятой кровати безуспешно куталась в одеяло женщина, хорошенькая, молодая, но с печатью страшного испуга на бледном лице.
Сердитый господин, окинув господина без жилета взглядом, полным уничтожающего презрения, прошипел: негодяй! -- и, пройдя мимо него, схватил женщину за белую круглую руку, выше локтя.
-- Будете ли вы и теперь отпираться, мерзкая женщина, что между вами нет близости?!
Она заплакала.
-- Виноват, -- твердо сказал полицейский, -- теперь прошу вас не вмешиваться и сдержать на время свое негодование. Разрешите мне сделать некоторые формальности...
Он вынул из портфеля бумагу и сел за стол.
-- Ваше имя и фамилия, сударыня?
Дама прикрыла розовые обнаженные колени сорочкой и сказала сквозь слезы:
-- Надежда Скаржинская.
-- Хорошо-с. Ваше имя и фамилия, молодой человек?