-- Этот?
-- Он самый, -- сказал хорошо знакомый мне, добрый голос. -- Схватил мой чемодан, да -- бежать... Как вам это понравится?!
Я в бешенстве вырвался из рук старого усатого жандарма и вскричал:
-- Что вам нужно?! Этот чемодан мой!
-- Старая история! Мне вас очень жаль, -- соболезнующе сказал мой вагонный сосед, -- но я принужден просить о вашем аресте.
-- Как вы смеете?! Это мой чемодан! Я расскажу даже, что в нем!
-- Слушайте... не будьте смешным... Я, г. жандарм, раскрывал несколько раз этот купленный мною в Дрездене чемодан -- а он, конечно, рассмотрел вещи. Нельзя же так... Ну, хорошо... Если это ваш чемодан, то скажите, что это за паспорт лежит в отделении для денег? Чей? На чье имя? Ведь вы же должны знать все, что есть в чемодане. Вы молчите? Не хорошо-с, не хорошо, молодой человек.
Его симпатичное лицо было печально. Он вздохнул, взял мой чемодан и сказал жандарму:
-- Вы его пока возьмите в часть, что ли. Только, пожалуйста, не бейте при допросе. Он, вероятно, и сам жалеет о том, что сделал. Бог вас простит, молодой человек!
И ушел, добрый, благодушный, вместе с моим чемоданом.