-- Что делать! Такова участь о. Ионы, -- вздохнул Шелестов.
IV
Через три дня Шелестов получил письмо:
-- "Дорогой Петруша! Я страшно перед тобой виноват. Ты, наверно, очень удивился, приехав на вокзал и не найдя меня. Очень перед тобой извиняюсь. Дело в том, что обстоятельства изменились, и я должен остаться еще на две недели. Но ты не беспокойся -- я сообщу тебе точный день выезда. Пластинки куплетиста Бурдастова я еще не получил. Не знаю почему: вероятно задержка в дороге. Можешь представить -- о. Иона узнал обо всем и вышел большой скандал. У нас открылся новый биоскоп -- уже по счету третий. Помнишь Киликиных? Их недавно описали. Никеша очень просил тебе кланяться. Он еще здесь. Твой Илья Перепелицын".
Прочтя это письмо, Лошадятников сказал:
-- Знаешь, твой этот Перепелицын начинает мне нравиться. Роскошный юноша!
V
Три долгих месяца пронеслось над головами Шелестова, Лошадятникова и Перепелицына.
Однажды вечером Шелестов и Лошадятников заехали за Перепелицыным, не попавшим ни на фельдшерские, ни на политехнические курсы, а просто жившим в столице на те 100 рублей, которые присылали ему родители.
-- Перепелка! -- сказал, входя, Шелестов. -- Вот тебе письмо. Я внизу у почтальона взял на твое имя. Из Чугуева.