-- Чтоб меня все боялись. Будут все говорить: раз он Тарарыкина вздул, значит, с малым связываться опасно. А ты получишь рубль... Можешь на борьбу пойти... красок купить коробку...
-- Нет, я лучше пирогов куплю по три копейки тридцать три штуки.
-- Как хочешь. Идет?
В Тарарыкине боролись два чувства: самолюбие первого силача и желание получить рубль.
-- Что ж, брат... А если я тебе поддамся, так меня уж всякий и будет колотить?
-- Зачем? -- возразил сообразительный Сережка. -- Ты других лупи по-прежнему. Только пусть я силачом буду. А пироги-то... Ведь ты их целый месяц есть будешь.
-- Неделю. Эх, Морщинка -- собачья начинка, соглашаться, что ли?
Сережка вынул рубль и стал с искусственным равнодушием вертеть его в руках.
-- Эх! -- застонал Тарарыкин. -- Пропадай моя славушка, до свиданья-с, моя силушка. Согласен.
И, размахнувшись, шлепнул Сережку ладонью по спине.