Изольда ( в ужасе ). Кто вы такой? Я вас не знаю.
Тристан. Вот тебе раз! Да я же твой муж.
Изольда. Нет! Я вас не знаю -- у Тристана был чёрный пояс, а у вас жёлтый! И перчатки другие... Эй, люди! Караул! Ко мне! В наш дом забрался разбойник!
Почти так же вела себя Изольда и в пьесе.
Изольда. Я тебя не знаю. Может, ты и Тристан, а может, и нет. Войди в клетку к свирепому Тристанову псу -- если он тебя узнает, тогда и я, пожалуй...
Конечно, собака сразу узнаёт хозяина, и, когда Тристан уходит, Изольда громко, но безутешно кричит ему вслед: " Тристан! Вернись! Теперь я вижу! Тристан"!
Но Тристан уходит.
И поделом.
Для большой пьесы такая фабула мелка. Почётное место заняла бы она в какой-нибудь газете в отделе "Смесь" под заголовком: " Ещё кое-что об уме собак".
По справедливости я должен был бы упомянуть о прекрасном литературном переводе "Шута Тантриса" поэтом Потёмкиным, но так как в этом же номере " Сатирикона" идёт стихотворение того же автора, то говорить что-либо восторженное о своём же сотруднике как-то неловко.