Товарищи по несчастью погрузились в молчание. Андрюша долго и тщетно размышлял: чем бы таким поразить отца, чего у того не было.
-- А у нас обыски делали! У гимназистов.
-- И у нас, -- подхватил отец.
-- Ну, это ты выдумал, -- с досадой возразил Андрюша. -- Если я сказал, так тебе нужно тоже похвастать...
-- Ей-богу, делали! -- оживился отец. -- У депутата Петровского [Петровский Григорий Иванович (1878--1959) -- активный участник революционного движения в России; в 1912 г. избран членом 4-й Государственной думы от рабочей курии Екатеринославской губернии. В ноябре 1914 г. вместе с другими депутатами-большевиками был арестован, осужден и сослан в Туруханский край. После революции занимал ответственные государственные посты.]. Мне хвастаться, брат, нечего. Это уж факт!
Чтоб было удобнее, отец сполз с корзины и улегся спиной вверх на мягкий половичок; сын нащупал отца и лег рядом с ним. Придвинув лицо к бороде отца, он тихо стал рассказывать:
-- Сидят все, чай пьют -- никто ничего не думает; вдруг -- звонок! Что такое? И говорят оттуда, из-за дверей: "Примите: телеграмма пришла!" Ну, когда поверили, открыли двери -- они и вскочили... "У нас, говорят, какое-то там расписание есть для обыска"...
-- Предписание.
-- Ну да, или там предписание. Все, конечно, испугались, а они стали обыскивать...
Потом раздался тихий шепот отца: