Известно, что человека можно поймать на самую грубую лесть. Дикари, польщенные моими последними словами и обескураженные указанием на печальной памяти пример Клеопатры, заговорили что-то на своем чернокожем языке, а потом один спросил меня знаками:
-- Если бы мы пренебрегли своими священными традициями и оставили тебя несъеденным, что бы ты мог предложить нам взамен этого акта исключительного милосердия?
-- Мне гораздо легче указать вам, -- гордо отвечал я, -- чего я не могу предложить! Я научу вас всему: ваши вигвамы зальются светом электричества! Книгопечатание поднимет ваш умственный уровень, принципы культурной дипломатии расширят ваши границы, а огнестрельное оружие защитит вас от нападений хищных зверей.
Восторженный крик исторгся из нескольких десятков грудей, и обезумевшие от радости дикари потащили меня к королю, куда-то в глубь девственного африканского леса...
III
Гордо, полный сознания собственного достоинства, стоял я перед чернокожим королем.
-- Неужели, ты, один человек, можешь все знать? -- изумленно допрашивал меня простодушный дикарь.
-- Я журналист! -- отвечал я знаками. -- Журналисты должны все знать. Наша деятельность требует исключительной разносторонности.
-- Что ты считаешь самым главным в жизни человеческой? -- спросил меня король.
-- Печатное слово.