Андромахский встал, вздохнул и сказал извиняющимся тоном:
-- Однако я должен спешить. Позвольте, Марья Игнатьевна, откланяться.
На лице хозяйки выразился ужас.
-- Уже?!! Посидели бы еще...
-- Право, не могу.
-- Ну, одну минутку!
-- С наслаждением бы, но...
-- Какой вы, право, нехороший... До свиданья. Не забывайте! Очень будем рады с мужем видеть вас.
Ласковая, немного извиняющаяся улыбка бродила на лице Андромахского до тех пор, пока он не вышел в переднюю. Когда нога его перешагнула порог -- лицо приняло выражение холодной злости, скуки и бешенства.
Он оделся и вышел.