Драматург всплеснул руками.
-- Так поздравляю вас: в это самое время я читал ей дома пьесу.
Серафима Петровна подняла язвительно одну бровь.
-- Да? Может быть, на свете существуют две Шемшуриных? Или я незнакомую даму приняла за Марью Александровну? Или, может, я была на катке вчера. Ха-ха!..
-- Ничего не понимаю! -- изумился Селиванский.
-- То-то и оно, -- засмеялась Серафима Петровна. -- То-то и оно! Ах, Селиванский, Селиванский...
Селиванский пожал плечами и стал разворачивать рукопись.
Когда мы переходили в гостиную, я задержался на минуту в кабинете и, сделав рукой знак Серафиме Петровне, остался с ней наедине.
-- Вы сегодня были на катке? -- спросил я равнодушно.
-- Да. С Шемшуриной.