-- Тихо! -- крикнул Васька Свищ, выступая вперед. -- Шапки долой! Бумага: вследствие отношения государственной интендантской комиссии санитарных образцов с приложением сургучной печати, по соглашению с эмеритурным [Эмеритура -- капитал, составляемый из взносов служащих, из которого производятся доплаты к пенсиям ушедшим в отставку, либо их вдовам и сиротам.] отделом публичной библиотеки -- собрать со всех крестьян по два рубля десять копеек тротуарного сбора, со внесением оного в Санкт-Петербургский мировой съезд!.. Поняли, ребята! Виновные в уклонении подвергаются заключению в крепость сроком до двух лет, с заменой штрафом до пятисот руб. Поняли?!
-- Поняли, ваше благородие! -- зашелестели мужицкие губы.
-- Благо-о-родие?! -- завопил телеграфист. -- Мер-рзавцы!!! Кокарды не знаете? Установлений казенной палаты на предмет геральдики не читали?! Староста! Взять этого! И этого! Пусть посидят! Тебя как? Неуважай-Корыто? Взять!
Через час староста с поклоном вошел в избу, положил перед телеграфистом деньги и сказал робко:
-- Может, оно... насчет бумаги... поглядеть бы... Касательно печати...
-- Осел!!! -- рявкнул телеграфист, сунул в карман деньги, брезгливо отшвырнул растерянного старосту с дороги и, выйдя на улицу, вскочил в кибитку.
-- Я покажу вам, негодяи, -- погрозил старосте телеграфист и скрылся в облаке пыли.
Мудрейший из мужиков Петр Савельев Неуважай-Корыто, белый, как лунь, и глупый, как колода, подошел к старосте и, почесавшись, сказал:
-- С самого Петербурху. Чичас видно! Дешево отделались, робята!