— Не знаю почему, но мне сказал Иван Захарыч.
— Офицер генеральнаго штаба?
— Нет, мой парикмахер. Но он имеет верные сведения. Видите ли, он бреет также и бакалейщика Поскудова, а денщик генерала Z закупает у Поскудова провизию. Вы понимаете?
Значительно прищуренный глаз. Лицо убежденное, тупо-уверенное в правоте. Оно говорит: «Вот, брат, я какой; стою у самого источника сенсационных сведений. Иван Захарыч с Поскудовым, врать не будут».
— Послушайте… А если Поскудов врет?
— Поскудов? Нет-с. Поскудов не врет! Зачем ему врать? Поскудов зря врать не будет.
Не такой это человек, Поскудов, чтобы врать. Отца родного зарежет, а не соврет.
— Ну, денщик соврал.
— Послушайте: ну как денщик может соврать? И скажет же человек такое, право.
Распространителю печальных сведений очевидно, смертельно жаль расстаться с так хорошо налаженным печальным сообщением, что немцы продвинулись до Мышекишек. Он выносил в себе это печальное сведение, взростил и без боя его не отдаст.