-- Можно. Откровенность -- мать дипломатии...
-- Ну, хорошо. Вот что меня удивляет: как это вы, будучи таким мерзавцем... Ведь вы мерзавец?
-- Предположим, -- замялся неизвестный.
-- Хорошо! Из вежливости, будем это только предполагать. Так вот, что меня удивляет: как это вы, будучи, предположим, мерзавцем, -- так красиво и бескорыстно заботитесь о Венгрии?!
-- А вы не представляете себе, что и у мерзавцев могут быть минуты просветления?
-- У просто мерзавцев -- бывают такие минуты. У дипломатических мерзавцев -- никогда.
-- Правильно. Умный вы человек, граф. В таком случае буду говорить с вами откровенно: мы щадим Венгрию -- знаете, почему? У нас есть для Венгрии новый король.
-- Воображаю, -- скептически сказал Тисса.
-- Чего там воображаете! Настоящий Гогенцоллерн! Право, возьмите.
-- А что же мы с Францем-Иосифом будем делать?