-- Да зверства же!! Протест!..
-- Однако, и туп же ты, братец. Ему говоришь одно, а он бубнит другое!.. Пойми ты своими куриными мозгами: протест против наших зверств это -- одно, а причина прихода -- другое. Ведь это-- все равно, как к тебе пришел какой-нибудь человек и говорит тебе, войдя: Здравствуйте! Ну? Так ведь слово "Здравствуйте", это -- не причина его прихода, не повод, по которому он к тебе явился, а так просто... обычная, общепринятая формула. Понял?
-- Ну, да. Пришел он к тебе, сказал: здравствуйте! а потом уже и выясняется то дело, по которому он пришел. Возьмет ли он у тебя взаймы десять марок, сделает ли тебе предложение пойти в биргалле, даст ли тебе по морде, -- это все дела, по которым он пришел... А "здравствуйте" тут не причем. Понял? Так вот, ты мне теперь и ответь: зачем пришли эти дипломаты?
Фриц стал на колени посреди кабинета и заплакал:
-- Пожалейте меня старого дурака, не мучайте меня. Дипломаты пришли выразить свой протест против германских зверств, а больше я ничего не знаю...
-- Пошел вон, старая рассохшаяся бочка! Тебе не в дипломатическом ведомстве служить, а воду возить. Проси их сюда!
Через минуту три дипломата -- итальянский, американский и испанский -- вошли в кабинет, стали в ряд и, молча, отвесили немецкому министру холодный поклон.
-- Чем могу служить, господа? -- приветливо спросил министр.
Американский посланник кашлянул в руку и сказал, нахмурив брови:
-- От имени своего, американского, и от имени Италии и Испании, мы, представители этих нейтральных держав, горячо протестуем против тех насилий, зверств и правонарушений, не согласных с обычными способами ведения войны, -- тех правонарушений, кои были допущены германцами в настоящую войну. С совершенным уважением к вам пребываем -- представители Америки, Италии и Испании.