Мы развернули газеты и уткнулись в них носом с таким интересом, будто о болезни родного отца читали.
- Жив еще!
- Жив, но уже, как говорится, ни папа, ни мама не скажет.
Сзади кто-то деликатно тронул меня за плечо. Я оглянулся.
- Пожалуйте четыре кроны штрафа, - сказал полицейский.
- За что?!
- На улице читать запрещено.
- Да я и не читал.
- А что ж вы делали?
- Жарко, я хотел лицо утереть газетой. Знаете, при нашем беженском положении, когда нет носовых платков...