Вор. Мог бы!
Чихаев. Видишь? На лице его написано искреннее раскаяние.
Анна Григорьевна (обиженно). Да... раскаяние, а сам хотел нас обокрасть.
Чихаев. Эх! Говорить легко! А знаешь ты, что он хотел украсть? Хотел, говорит, пошарить в буфете чего-нибудь съестного... Верно, Сергей?
Вор. Понятно.
Чихаев (горячо растроганно). Ужас, ужас... 12 дней человек не ел... Ты подумай?.. Да доведись это до меня... В голове от голода туман, в ушах шум, ничего не соображаешь... К горлу что-то подкатывается, к сердцу подкатывается, к груди подкатывается. В сознание заползает мысль о смерти... "За что же, думает он, я так страдаю? Почему люди так жестоки"?..
Вор (равнодушно утирает кулаком глаз).
Чихаев. Смотри! Уже плачет. (С пафосом.) Разве негодяй, разве злодей будет плакать?
Анна Григорьевна. Послушай... А у него нет ножа?
Вор (не дослышав). Что вы, сударыня! Маковой росинки во рту не было!..