-- А вотъ они еще спрашивали, указалъ кассиръ на входящаго Чулкова.
Христофоръ Германовичъ, точно получивъ пріятное извѣстіе, лукаво усмѣхнулся лѣвою половиной рта, еще кой съ кѣмъ побесѣдовалъ, и украдкой взглянувъ на Чулкова, какъ бы желая узнать терпѣливо ли онъ дожидается и убѣдясь что терпѣливо, снова улыбнулся и какъ бы не замѣчая нашего пріятеля, даже слегка задѣвъ его плечомъ, подлетѣлъ къ двумъ дамамъ. Чулковъ беззаботно наблюдалъ все происходившее вокругъ; присоединимся и мы къ нему. Дѣло поучительное.
-- Что жь вамъ, сударыни, угодно?
-- А вотъ по записочкѣ,
Христофора взглянулъ:
-- Этого изданія нѣтъ, все распродано. Но не угодно ли мое, въ томъ же родѣ, но лучше, и всѣми журналами одобрено.
Христофоръ вралъ; спрашиваемое изданіе было далеко не распродано.
-- Какъ же? сказала растерявшаяся дама съ записочкой, обращаясь къ другой.
"И чего они всѣ боятся! и чего теряются?" подумалъ Чулковъ.
-- Надо по записочкѣ, нерѣшительно подсказала другая дама.