Оля. Развѣ это гордость, тетушка? это -- правда.
Зинаида. Рано пташечка запѣла, чтобы кошечка не съѣла.
Оля. Кто эта кошечка? Не вашъ ли Сухотинъ? Извините! Я сама кошечка; онъ самъ говорилъ мнѣ: "вы славно царапаться умѣете".
Лиза. Покуда не больно царапаешь, онъ и играетъ съ тобою, а тамъ....
Оля. А тамъ опять приласкаю.
Лиза. Ты шутишь любовью, Оля. Гляди! не шали огнемъ!
Зинаида. Да, да, правда, Лиза. Сама обожжешься.
Оля (Лизѣ). Что-же по вашему любить что-ли? Серіозничать, сидѣть нахохлившись, вздыхать. Вотъ такъ! (показываетъ какъ). Смѣшно смотрѣть! Вѣдь у тебя женихъ уѣхалъ, такъ ты и скучай. А мой Александръ только пять дней не былъ. Ты люби по своему, а я по своему буду.
Лиза. Ахъ, Оля, все ты глупости болтаешь.
Оля. Какія глупости? Я васъ учу жениха любить, а по вашему это глупости. (Помолчавъ) Ахъ, тетушка, какъ она его любитъ! Знаете, ходитъ по спальнѣ вечеромъ и повторяетъ его слова. Потомъ присядетъ, задумается, милая, и долго сидитъ и шепчетъ что-то. Я разъ подслушала; она сидитъ и будто узоръ разсматриваетъ, а сама все твердитъ: "любитъ ли онъ меня? не забылъ ли?"