-- Если ты это знание представляешь себе в скромных границах, то ты сказал то же самое, только яснее.

-- Какие бы границы я ему не определял, -- признано всеми, что знание не может быть знанием вещей ложных.

-- На этот раз, -- отвечал он, -- мне показалось нужным предпослать оговорку, чтобы в случае необдуманного моего согласия твоя речь не вела против меня легких атак по таким основным вопросам.

-- Действительно, -- говорю я, -- ты не оставил мне места, куда я мог бы направить свою атаку. Если не ошибаюсь, мы ведь подошли уже к самому концу, который я давно подготовляю. Итак, как ты тонко и правильно выразился, между имеющим любовь к мудрости и мудрым существует лишь то различие, что первый любит, а второй уже усвоил учение мудрости (потому-то ты и решился употребить известное выражение -- "некоторое усвоение"); но усвоить учение не может тот, кто ничего не изучил, не изучил же ничего тот, кто ничего не знает, а знать ложного никто не может. Значит, мудрый знает истину, ибо сам ты признал принадлежность его душе учения мудрости.

-- Не знаю, до какой степени я был бы бесстыден, -- сказал он, -- если бы захотел отрицать, что признал в мудром освоение с изысканием вещей божественных и человеческих. Но почему тебе кажется, что невозможно освоение с нахождением лишь вероятного, я не понимаю.

-- Но ты соглашаешься со мною, что ложного никто не знает?

-- Охотно.

-- В таком случае, -- говорю, -- неужто ты готов утверждать, что мудрый не знает мудрости?

-- Зачем ты все сводишь к тому положению, что ему может только казаться, что он знает мудрость?

-- Дай, -- говорю я, -- мне свою руку. Если помнишь, я обещал вчера сделать именно это, и очень рад, что не сам вывел это заключение, а получил его вполне готовым от тебя же. Я говорил, что между мною и академиками существует то различие, что им казалось вероятным, будто истину познать нельзя, а мне представляется, что хотя она и не найдена еще, однако может быть найдена мудрым. Теперь же, отвечая на мой вопрос, -- неужели мудрый не знает мудрости, -- ты сказал: "ему кажется, что знает".