-- Чехова еще нет? Странно! Успокойтесь: скоро будет.
Антон Павлович подозвал к себе детей и взял Ниночку на колени.
-- А отчего она у вас похожа на классную даму? -- спросил он.
Я возмутилась:
-- Почему -- классная дама?
Но он так ласково перебирал локоны белокурых волос и заглядывал в большие серые глаза, что мое материнское самолюбие успокоилось. Ниночка припала головкой к его плечу и улыбалась.
-- Меня дети любят,-- ответил он на мое удивление, что девочка нисколько не дичится его. -- А я вот что хочу преддожить вам: сегодня вечером играют "Чайку" только для меня. Посторонней публики не будет. Останьтесь до завтра. Согласны?
Согласиться я никак не могла. Надо было бы везти детей, француженку и горничную в гостиницу, телеграфировать сестре в деревню, телеграфировать мужу в Петербург. Все было чрезвычайно сложно и трудно.
-- Вы никогда со мной ни в чем не согласны! -- хмуро сказал Антон Павлович.-- Мне очень хотелось, чтобы вы видели "Чайку" вместе со мной. Неужели нельзя это как-нибудь устроить?
Но как мы ни прикидывали, все оказывалось, что нельзя.